«Чижик-Пыжик, где ты был?»

«Додона надеюсь осрамить окончательно», – писал Н.А. Римский-Корсаков в год, когда сочинял свою последнюю оперу «Золотой петушок». Композитор хотел воспользоваться пушкинской сказкой, чтобы сатирически изобразить русский царизм, глубоко ему ненавистный.

И он осуществил свой замысел: глупый и важный царь, заявляющий «руки сложа, буду царствовать я лежа», вызывает смех всякий раз, как открывает рот, чтобы произнести что-нибудь.

Во втором акте оперы шемаханская царица просит Додона спеть ей. Некоторое время «владыка» тупо молчит, а потом вдруг с отчаянной решимостью поёт что есть силы:

                               Буду век тебя любить,

                               постараюсь не забыть.

                               А как стану забывать,

                               ты напомнишь мне опять.

Царь исполняет свою «серенаду» на мотив «Чижика»! Шуточная песенка послужила здесь для остро сатирической музыкальной характеристики.

Вот так «Чижик» попал в оперу. А однажды он прозвучал в другом музыкальном произведении. Называлось оно «12 вариаций на тему «Чижика». Это сочинение написал советский композитор И.О. Дунаевский.